Олег Боровских (ogbors) wrote in bar_chk,
Олег Боровских
ogbors
bar_chk

Category:

МАСОНЫ. 66-я часть. Брестский мир - начало переговоров.




В предыдущей части мы с вами остановились на том, что русский народ, в целом, оставался безучастным к событиям большой политики. Крестьянские массы (из которых в основном и состояло население России) восприняли утверждение власти большевиков достаточно спокойно.

Спрашивается: почему?

А потому что на просторах России, на протяжении её многовековой истории, не раз и не два полыхали народные восстания - порой крайне жестокие и возглавляемые популярными в народе вожаками.
Восстание Емельяна Пугачёва охватило территорию всего Урала и большей части Поволжья - это по площади больше, чем любое европейское государство.
Восстание Степана Разина было по размаху не меньше пугачёвского.
А восставшие крестьяне под руководством Ивана Болотникова, вообще дошли до стен Кремля...
Однако при всём том, ни одно из восстаний не увенчалось успехом. Равно как ни одно из иностранных вторжений.
Даже в тех случаях когда внешние враги захватывали на какое-то время Москву (Наполеон, поляки), они всё равно заканчивали печально. Даже монголо-татары, в захваченных с бою городах, всё равно оставляли у власти всё тех же русских князей, из прежних княжеских династий, всего лишь требуя впредь от них дань.

Но зато в той же самой России, в результате внутридворцовых переворотов, князей, царей и императоров - неоднократно свергали, душили, били насмерть по голове табакеркой, держали в тюрьмах, ослепляли... что я там ещё пропустил?..

И это делали ни в коем случае не иностранные захватчики (даже монголы крайне редко убивали князей, да и то лишь по наущению других же князей; монголы не прервали ни одной династии) и не восставший народ. Нет! Это делали сугубо свои, как правило даже родные по крови люди (дети, братья...).

Конечно, в других государствах, как правило, была примерно та же история. Может быть за очень редкими исключениями. Но мы сейчас говорим именно о России.

Коммунисты впоследствии любили рассказывать байки о том, что революция 1917 года, была первым в истории удавшимся народным восстанием против угнетателей. И на эту лабуду велись даже некоторые антикоммунисты, которые сетовали на то, что, дескать, царь Николай II был слишком добрым к семье Ленина, не истребил их всех после казни брата Ленина - и поплатился за это...

На самом деле, всё это чушь. Царю незачем было сильно преследовать Ленина, или Сталина. Этим людям всё равно абсолютно ничего не светило в обозримой перспективе. Никакого царя они бы не свергли, никакой опасности для империи не представляли - совершенно.

Царя Николая II, свергли сугубо свои, приближённые дворяне, в феврале (то есть, в самом начале) 1917 года. И первое правительство России, после свержения царя, возглавил князь Георгий Евгеньевич Львов.

Затем произошёл правительственный кризис (ну то есть как-то "вдруг" начало выясняться, что от свержения ужасного царя, хлеба ни у кого на столе не прибавилось, зарплаты не повысились и Мировая война никуда не делась) в результате которого, князь Львов ушёл в отставку, а вместо него Россию возглавил Александр Фёдорович Керенский - человек явно менее родовитый нежели князь Львов, провинциал, но тем не менее разумеется тоже "элитарий", поддержанный буржуазией.

А в ноябре (то есть в конце) 1917 года, на волне общенародного недовольства плохим экономическим положением, свой переворот совершили радикалы, среди которых большевики были лишь наиболее заметной частью.
Потом большевики отделались постепенно от друзей-союзников типа эсеров и анархистов, и с течением времени стали называть переворот - "революцией".

При этом возглавляли тех большевиков, дворяне вроде Ленина и Дзержинского, либо как минимум дети влиятельных родителей (как например Лев Троцкий - сын богатого землевладельца).
Если учесть что Ленин был земляком Керенского и их семьи прекрасно знали друг друга, то получается, что смена Керенского на Ленина, вовсе не была такой уж радикальной, сногсшибательной сменой элитария на пролетария. Среди руководства ранних большевиков, вообще не было пролетариев, рабочих, крестьян, батраков, солдат, матросов - то есть тех людей, в интересах которых как бы и совершался переворот.

Вы прочтите внимательно книгу Фурманова о Чапаеве. Обратите внимание на то, что Чапаев с крайним недоверием относился к общевойсковому командованию, ко всем этим "штабным", среди которых подобных ему простых выходцев из народа, практически не было...

И только со смертью Ленина, когда к власти начал продвигаться Сталин (сам выходец из низов) он стал заодно продвигать во власть именно выходцев из народа (впрочем - не всегда; там тоже были свои нюансы)...

Таким образом, так называемая "социалистическая революция", произошла в несколько этапов - "от ступеньки к ступеньке".
Сначала после царя правил родовитый князь Львов, потом на престол уселся гораздо менее родовитый, но всё же представитель элиты Керенский, затем Керенского сменил его земляк и дворянин Ленин, а уж после Ленина, власть стал потихоньку прибирать к рукам выходец из низов Сталин (серьёзно возвышенный за время правления Ленина).

То есть, никакой "народной" революции, в результате которой, прям уж откровенные низы сразу свергли элиту и "кто был ничем, тот стал всем" - не произошло. Было постепенное, "пошажковое" движение - когда новый властитель, на первый взгляд мало чем отличался от прежнего.

Керенский не мог бы сразу возглавить страну после отречения царя. Нужна была промежуточная "ступень" в лице князя Львова.
И Ленин не мог бы даже надеяться на самостоятельное свержение самодержавия.
Более того, когда большевики попробовали выступить против правительства князя Львова (летом 1917 года), это выступление провалилось. Слабоват был Ленин против князя... А вот землячка своего, Керенского - осилил (впрочем, в союзе с другими радикалами, от которых пришлось потом избавляться).
А Сталин и против Керенского не потянул бы. Понадобился период ленинского правления, в течение которого Сталин серьёзно поднялся по карьерной лестнице и стал что-то представлять из себя...

Так что в 1917 году, если всмотреться внимательно, была серия внутренних переворотов, из которых главный произошёл именно в феврале 1917 года (без малейшего участия большевиков), когда дворяне свергли царя, но имели глупость не заменить его немедленно другим царём (как бывало всегда до этого). Вздумали на свою голову изобретать велосипед с квадратными колёсами - не понимая, что являются игрушкой в руках мировой закулисы.

Поэтому первое время после захвата власти большевиками - основные массы народа не видели какой-то особой, принципиальной разницы, между новыми правителями, которые пришли на смену прежним. Тем более что Временное правительство (свергнутое большевиками) - тоже во всю ивановскую использовало революционную фразеологию.
Массам даже нравились лозунги большевиков ("заводы рабочим", "земля крестьянам", "власть советам", "мир народам") - в которых, на первый взгляд, не было ничего плохого.
А то, что большевики кого-то там скинули, прижали, у кого-то власть отняли, насилие проявляют... Так этим публику на Руси удивить трудно. Подумаешь - одни баре другим на мозоль наступили!..

Конечно, далеко не все мыслили так примитивно. Как мы с вами уже убедились - власть большевиков утверждалась в стране с серьёзными осечками. Но тем не менее, утверждалась.

Однако по мере утверждения у власти, перед большевиками во всю свою мощь вставала проблема заключения мира.
Ведь Первая Мировая война - продолжалась. Россия была одним из самых активных её участников.
При этом, с одной стороны, большевики ясно и чётко обещали народу России мир. С другой стороны - они были должниками немцев. С третьей, им просто-напросто нечем было воевать с Германией и её союзниками. Армия находилась в стадии полного разложения - не в последнюю очередь благодаря самим большевикам, которые побаивались эту армию больше чем немцев и австрийцев вместе взятых.

Тут следует особо оговориться, что большевики той эпохи - были людьми особой формации. Для которых такие понятия как честь, верность данному слову, репутация, имидж, общественное мнение и всё такое прочее - являлись пустопорожними "буржуазными предрассудками", над которыми большевики только ехидно посмеивались.
Там присутствовали сугубо свои понятия, ничего общего не имевшие с общечеловеческими ценностями.
Большевики вовсе не считали себя чем-то обязанными Германии. Немцев они держали за лохов, которых разумеется необходимо кинуть. Равно как за лохов они держали вообще весь мир - а русский народ в первую очередь.
Конечно же, германскую "буржуазию" ленинцы ненавидели ничуть не менее, нежели буржуазию русскую. И разумеется у них в мечтах было обрушить Германию.
Но на тот момент, им приходилось считаться с немецкой военной мощью, которая ещё не была сломлена.
Ведь в принципе, немцы могли бы, при серьёзном желании, сконцентрировав силы на отдельных участках фронта, прорваться вплоть до Москвы и Петрограда - после чего усадили бы на русский трон какую-нибудь свою марионетку.

С другой стороны, немцы совершенно не понимали, с кем они имеют дело. Большевиков в Берлине считали просто предателями, которых конечно нужно от всей души презирать, но с которыми необходимо иметь дело, хоть и зажав нос. Пусть платят по векселям, им не за красивые глаза помогали дорваться до власти.
В Берлине и мысли не допускали о том, что коммунисты представляют опасность для самой Германии.

Тут следует отметить, что правительство Германии, ещё в начале мая 1917 года, обращалось к Временному правительству с предложением о заключении сепаратного мира.
Однако тогда, вместо переговоров, Временное правительство провело безрезультатное Июньское наступление, в ходе которого стало ясно, что русская армия разваливается.

21 ноября 1917 года, едва созданное советское правительство (Совнарком) направило радиотелеграмму исполняющему обязанности Верховного главнокомандующего Русской армии генералу Николаю Николаевичу Духонину (ниже на фотографии), приказав ему обратиться к командованию армий противника с предложением прекратить военные действия и начать мирные переговоры. В предписании говорилось, что Совнарком считает необходимым «безотлагательно сделать формальное предложение перемирия всем воюющим странам, как союзным, так и находящимся с нами во враждебных действиях».
На следующий день, 22 ноября, Ленин, Сталин и Крыленко, вызвали Духонина по телефону, потребовав немедленно вступить в мирные переговоры с австро-германским командованием.
Духонин отказался, заявив, что такие переговоры может вести только центральное правительство, но не командующий армией.
После этого ему объявили, что его снимают с поста главнокомандующего, но он должен продолжать выполнять свои обязанности до прибытия нового главнокомандующего - прапорщика Крыленко.



Уже фактически отстранённый от командования, Духонин, будучи человеком чести и ощущая ответственность за организацию отпора в случае прорыва противника, передавал штабам фронтов последние директивы, направленные на предупреждение военной катастрофы и на недопущение гражданской войны. 27 ноября 1917 года, он писал в штаб Северного фронта: «Если деморализация войсковых масс… приведет к самочинному срыву занимаемых позиций… и к началу Гражданской войны, то при недостатке войск, верных долгу для выполнения задачи… Вам надлежит с верными национальной чести российскими войсками прикрывать направление Псков — Бологое, обозначивая подступы к Москве с севера и северо-запада, имея в виду, что Россия будет продолжать борьбу до решения Учредительного собрания или правительственной власти, опирающейся на большинство страны... Силой оружия, людей, покидающих самовольно фронт, когда он сдвинется с места и хлынет вглубь страны, не пропускайте вглубь России… или предварительно обезоруживайте их. В этой крайней обстановке мы должны спасти Москву и пол-России от гражданской войны».

30 ноября 1917 года, Духонину стало известно о том, что к Могилеву (где располагалась ставка Верховного главнокомандования) движутся эшелоны с балтийскими матросами, возглавляемыми Крыленко.
Духонин обратился к правительству Украины, за разрешением перевести Ставку в Киев.
Однако в Киеве затянули рассмотрение этого вопроса, начали выдвигать встречные условия, на удовлетворение которых у Духонина не было уже - ни времени, ни возможности.
2 декабря Духонин распорядился освободить из тюрьмы в расположенном неподалёку городке Быхове, генералов Корнилова, Деникина и других лиц, арестованных после корниловского мятежа. Таким образом эти люди были спасены от возможной расправы.
При этом, однако, Духонин отказался от помощи приехавших к нему на встречу командиров ударных батальонов и выслал их из Могилёва - видимо надеясь что с большевиками удастся договориться по-хорошему, пусть даже ценой своей отставки.
Это была его самая большая ошибка. Большевики были теми людьми, которые соглашались с кем-то о чём-то договариваться только тогда, когда у них не было никакого другого выхода. И любой договор они соблюдали лишь до тех пор, пока его невыгодно было нарушать.

3 декабря в Могилёв прибыл Крыленко, который отдал приказ о своём вступлении в должность Главковерха и передал Духонину, что тот будет отправлен в Петроград, в распоряжение СНК (правительства).
Духонин был арестован и на автомобиле привезён на железнодорожный вокзал, где его отвели в вагон Крыленко.
Однако затем вокруг вагона собрались матросы, которые вывели Духонина на площадку и на глазах у Крыленко забили насмерть штыками и прикладами.
Это была показательная расправа, призванная показать всему высшему офицерству, что шутки закончились и новая власть никому спуску давать не собирается.
Будь Духонин циничнее, понимай он лучше, с кем имеет дело - глядишь, сумел бы дать отпор. Но в том-то и дело что человек старой формации, обременённый всевозможными моральными табу, условностями, понятиями о недопустимом - заведомо обречён на проигрыш в схватке с моральными уродами, нигилистами, для которых ничего запретного не существует. Хорошо хоть успел самовольным приказом освободить арестованных офицеров из Быховской тюрьмы.
С другой стороны - русское офицерство начала постигать страшная, но вполне закономерная судьба военной элиты, которая предала в трудный час своего царя...

Тем временем, 22 ноября 1917 года, наркоминдел Лев Троцкий (его фото вы видите вверху) обратился с нотой ко всем послам союзных держав, предлагая им объявить перемирие и начать переговоры.
В тот же день председатель Совнаркома Владимир Ленин, направил телеграмму во все фронтовые части, с прямым обращением к солдатам: «Пусть полки, стоящие на позициях, выбирают тотчас уполномоченных для формального вступления в переговоры о перемирии с неприятелем».
В результате, сразу на нескольких участках Восточного фронта начались братания.
Ниже на фото вы видите обмен товарами между немецкими и русскими солдатами.



И в этот же день дипломатические представители союзных стран, на совещании в резиденции посольства США в Петрограде, решили проигнорировать ноту советского правительства.
На следующий день главы военных миссий союзных стран при штабе верховного главнокомандующего, вручили тогда ещё живому Духонину, подписанную представителями Великобритании, Франции, Японии, Италии, Румынии и Сербии коллективную ноту, в которой выразили протест против нарушения договора от 5 сентября 1914 года, запрещавшего союзникам заключение сепаратного мира или перемирия; Духонин сообщил о содержании ноты всем командующим фронтами.

Большевистский Наркоминдел обратился к послам нейтральных государств с предложением взять на себя посредничество в организации переговоров о мире.
Представители Швеции, Норвегии и Швейцарии, ограничились извещением о получении ноты - а посол Испании, заявивший, что предложение было передано в Мадрид, был немедленно отозван.

27 ноября, представители немецкого командования, сообщили русским парламентёрам, перешедшим линию фронта в районе Двинска (современного Даугавпилса, в Латвии), о своём согласии начать переговоры о перемирии с советским правительством в городе Брест-Литовске (современный Брест, в Белоруссии).

2 декабря делегация большевиков, возглавляемая Адольфом Абрамовичем Иоффе (на фотографии ниже), выехала в Брест-Литовск, в котором располагалась Ставка германского командования на Восточном фронте.



Адольф Абрамович был личностью колоритной (как впрочем и многие из большевистской верхушки). Сын симферопольского олигарха (как тогда говорили: "купца-миллионера") владельца всех почтовых и транспортных средств в Крыму, имевшего собственный дом в Москве, звание потомственного почётного гражданина и считавшегося „любимым евреем“ министра Витте - Адольф учился в университетах Берлина, Вены и Цюриха.
Дочь Иоффе вспоминала, что однажды спросила его: как, будучи выходцем из такой семьи, он стал революционером?
На что, засмеявшись, он ответил: «Наверное потому, что мальчиком я был очень толстым. Стесняясь своей полноты, я не бегал, не играл в подвижные игры, не ходил на танцы. Сидел и читал книги. Вот и дочитался»...
Троцкий писал о нём: «Несмотря на чрезвычайно внушительную внешность, слишком внушительную для молодого возраста, чрезвычайное спокойствие тона, терпеливую мягкость в разговоре и исключительную вежливость, черты внутренней уравновешенности, — Иoффе был на самом деле невротиком с молодых лет».
В Вене этого невротика лечил такой знаменитый психиатр как Альфред Адлер.

В жизни Иоффе был эстетом и педантом. Очень уважал творчество Толстого и Пушкина. Был всегда предельно точен, никогда не опаздывая ни на какие встречи.

Впоследствии, 17 ноября 1927 года, Адольф Иоффе застрелится. При этом, как и положено невротику, не забыв накатать 10-страничное предсмертное письмо, адресованное Льву Троцкому. В этом письме он призовёт Троцкого к бескомпромиссности. «Вы всегда были правы и вы всегда уступали», — писал Иoффе. А начиналось письмо словами: «Я всегда стоял на той точке зрения, что политический общественный деятель должен так же уметь вовремя уйти из жизни, как, например, актёр — со сцены, и что тут даже лучше сделать это слишком рано, нежели слишком поздно».
Похоронили его на Новодевичьем кладбище в Москве.
Троцкий в своей речи на могиле Иoффе (это было его последнее в СССР публичное выступление), произнёс: «…Такие акты, как самовольный уход из жизни, имеют в себе заразительную силу. Но пусть никто не смеет подражать этому старому борцу в его смерти — подражайте ему в его жизни!»

Дочь Иоффе от первого брака, Надежда, проведёт в общей сложности около 20 лет в советских лагерях и ссылках.
Вторая жена, Мария Михайловна Гиршфельд, тоже на 20 лет загремит в сталинские лагеря.
А сын, Владимир, будет расстрелян в Томске.

Но это случится позже.
А пока что, в начале декабря 1917 года, делегация большевистского правительства, возглавляемая Адольфом Иоффе, прибыла в Брест-Литовск на переговоры с представителями Германии.
Ниже на фото - Иоффе и Троцкий, во время переговоров в Брест-Литовске.



Первоначально предполагалось, что в делегацию войдут 15 человек, но в итоге состав был расширен до 28.
В качестве уполномоченных — членов ВЦИК — в делегации было 9 человек.
Наиболее заметными из них (помимо Иоффе) были четверо:

1) Лев Борисович Розенфельд (псевдоним Каменев). Этот сын вполне интеллигентных, образованных людей (крещёного еврея и русской женщины) в 1936 году будет расстрелян.


2) Гирш Яковлевич Бриллиант (псевдоним Григорий Сокольников) - сын еврейского аптекаря Якова Бриллианта и еврейской же купчихи Фани Розенталь. Именно он в конечном счёте подпишет Брестский мир от имени советской России.


Как ни странно, этот человек впоследствии будет решительно возражать против политики расказачивания, станет активно приглашать в армию бывших царских офицеров и защищать их от произвола.
Затем его пошлют в Среднюю Азию на борьбу с басмачами - и там он тоже отметится удивительной для большевика практичностью. Например, он отменит в Средней Азии продразвёрстку - раньше, чем в целом по стране - которую заменит продналогом; разрешит свободную торговлю на базарах, освободит из тюрем представителей исламского духовенства, заявивших о своей политической лояльности.
Именно глядя на действия и успехи Бриллианта-Сокольникова, большевики позже поступят аналогично в масштабах уже всей страны - введя НЭП («Новую экономическую политику»). Одним из главных лоббистов этих экономических реформ, как раз и будет Сокольников-Бриллиант.

После Гражданской войны страна окажется в состоянии ужасающего кризиса, инфляция побьёт все рекорды, деньги полностью обесценятся и станут стоить дешевле той бумаги, на которой отпечатаны.
В этих условиях, большевики осмелятся на отчаянный шаг - назначат заместителем наркомфина всё того же Гирша Бриллианта (формальный нарком, Николай Крестинский, являлся одновременно послом РСФСР в Германии и не вылезал из Берлина). И тот начнёт такие радикальные реформы, что опешивший Ленин, в письме Каменеву заявит: «…наш милый, талантливый и ценнейший т. Сокольников, в практике торговли ничего не смыслит. И он нас погубит, если ему дать ход».

Однако довольно быстро выяснится, что в практике торговли ничего не смыслит именно Ленин, а Сокольников-Бриллиант сумеет добиться впечатляющих успехов. Финансовое положение государства стабилизируется, начнётся быстрое развитие экономики.
Мало того, Сокольников обнаглеет до такой степени, что позволит себе рассматривать советскую экономику как часть мирового хозяйства и станет полагать, что "экономический и финансовый подъем Советской России возможен в короткий срок, только если она сумеет хозяйственно примкнуть к мировому рынку"...

В конце концов, этот человек начнёт резко выступать против коллективизации и разорения деревни.
Ну и довыступается.
В 1937 году его приговорят к 10 годам тюрьмы. Однако этого кому-то покажется мало и 21 мая 1939 года, Гирш Бриллиант будет убит в Верхнеуральском политизоляторе по прямому указанию Лаврентия Берии (который, в свою очередь, наверняка получил указание на этот счёт от Сталина). Убийство спишут на других заключённых, но впоследствии правда вылезет наружу...

3) Анастасия Алексеевна Камористая (по мужу Биценко) - по образованию педагог, по происхождению из крестьян. Бросила успешного мужа-купца, ради революционной деятельности. Сначала стала эсеркой, потом примкнула к большевикам. В феврале 1938 года, будет расстреляна на полигоне в Коммунарке...


4) И Сергей Масловский (псевдоним Мстиславский) - сын историка-профессора, сам выпускник Петербургского университета, революционную деятельность начал как эсер, позже примкнул к большевикам. Впоследствии при советской власти станет вполне успешным писателем, поможет Николаю Островскому опубликовать его книгу "Как закалялась сталь". Умрёт своей смертью, в эвакуации (во время Отечественной войны) в 1943 году, в Иркутске.


Помимо вышеперечисленных, в составе советской делегации присутствовали (сугубо для галочки) матрос Фёдор Олич, солдат Николай Беляков, крестьянин Роман Сташков и московский рабочий Павел Обухов.

Ещё 9 человек, составляли «члены военной консультации» из числа офицеров бывшей царской армии, во главе с контр-адмиралом русского императорского флота и первым командующим "Рабоче-крестьянским красным флотом РСФСР" (позже "военно-морской флот СССР") Василием Михайловичем Альтфатером (ниже на фото).
Через непродолжительное время, 20 апреля 1919 года, этот человек неожиданно умрёт от сердечного приступа. По этому поводу Лев Троцкий напишет телеграмму со словами соболезнования: "Выражаю всем работникам МГШ и всем вообще военным морякам Красного флота искреннее соболезнование по поводу неожиданной кончины Альтфатера. Возрождающийся Красный флот имел неутомимого, компетентного, энергичного и честного работника. Его утрата для нас крайне тяжка. Память о нем будет жить в летописи флота."
Однако немецкий генерал Макс Хоффманн, непосредственный участник переговоров по заключению Брестского мира, в своих мемуарах утверждал, что Василий Альтфатер был убит...


И наконец, ещё десять человек входили в состав служебного персонала, обозначенного как «состоящие при делегации», во главе с секретарём Леоном Караханяном (псевдоним Лев Карахан). В 1937 году будет расстрелян.


В Бресте советские представители встретились с делегацией Центральных держав (Германии, Австро-Венгрии, Болгарии и Турции), в составе немецкого генерала Макса Гофмана (Хоффманна)...


Австро-венгерского подполковника Херманна Покорни (знавшего русский язык). Этот человек прожил долгую жизнь. Много позже, в 1945 году, он нашёл общий язык с советскими властями и работал в ставке маршала Малиновского - а затем, в министерстве иностранных дел социалистической Венгрии...


Турецкого генерала Зеки-паши (он же Зеки Колач)...


И болгарского полковника Петра Ганчева.


Впрочем, были там разумеется и другие люди.
При этом конечно же, первую скрипку играли немцы - австрийцы, болгары и турки присутствовали лишь формально.

Поначалу немцы всерьёз думали, что переговоры займут буквально несколько часов. Потому что германо-австрийская делегация имела на руках готовые проекты перемирия. И предполагалось, что большевики, как заведомо более слабые и больше всех говорившие о мире - тоже имеют какие-то конкретные наработки. Тем более что немцы считали их своими должниками, а деваться большевикам вроде как было и некуда. У них практически не было полноценной армии для войны. Казалось - большевикам очень-очень нужен мир, буквально как воздух.

И большевики, в лице улыбчиво-вкрадчивой еврейской верхушки делегации, на первых порах ввели в заблуждение своих оппонентов.

Как писал в своих мемуарах Макс Гофман: "Генерал Людендорф вызвал меня к телефону и спросил: «Что же, можно с этими людьми вести переговоры?». Я ответил: «Да, с ними можно вести переговоры. Вам нужны войска, и отсюда вы их получите скорее всего»."
Успокоенный и обнадёженный Людендорф, действительно начал снимать с Восточного фронта немецкие войска, для переброски на Западный, а также на Итальянский и Балканский фронты.

Переговоры начались 3 декабря и продолжались три дня.
Очень быстро выяснилось, что советские представители не подготовили никаких документов, проектов, конкретных предложений - абсолютно.
При этом советская делегация настояла на публичности заседаний: в результате обмен мнениями за столом переговоров подробно протоколировался и после сверки русско- и немецкоязычных текстов, немедленно попадал на страницы газет, то есть становился достоянием общественности, что способствовало привлечению внимания мировой прессы к переговорам.
Таким образом, большевики явно играли на публику, делая множество пустопорожних, красивых демагогических заявлений. Но когда дело доходило до каких-то подписей - "вдруг" появлялись какие-то закавыки, на первый взгляд совершенно пустяковые, но прерывавшие переговоры.

Дошло до того, что Иоффе предложил обсуждать приостановку военных действий на ВСЕХ фронтах - но при этом он не имел разумеется никаких полномочий от стран Антанты (равно как и Гофман не имел полномочий на обсуждение с русскими ситуации на ЗАПАДНЫХ фронтах).
Немцы с трудом добились от большевиков специальной договорённости о том, что обсуждаться будет только перемирие именно с Россией.
При этом в глазах мировой общественности (благодаря прессе) большевики предстали этакими поборниками всеобщего мира, без каких-либо аннексий и контрибуций. А немцы - беспардонными хищниками.

То есть, ситуация напоминала такой сюжет из глупого водевиля: на улице столкнулись два противника - один сильный, уверенный в себе, привыкший действовать согласно давно укоренившимся шаблонам и понятиям; другой слабый, но горластый, истеричный и хитрый. Слабак орёт на всю улицу благим матом и причитает - причём складно, аж заслушаешься, буквально до слёз пробирает. А сильный опешил и не знает как в такой ситуации быть - он ни с чем подобным не сталкивался, ему это напоминает сражение с женщиной, которой все сочувствуют и которую все жалеют, даже если она трижды неправа. Он может убить крикуна одним ударом, но он не привык к подобному поведению, это не по понятиям - он смущённо оглядывается по сторонам и видит осуждающие лица невольных свидетелей этой картины. А слабаку наплевать на общепринятые понятия, ему не стыдно прослыть трусом и терпилой. У него свои представления о плохом и хорошем...

Большевики включили дурочку, делая большие глаза: Ой-вэй! Какие-такие аннексии, какие контрибуции?! Давайте по справедливости, без насилий и обманов, всё по-честному. Взаимный мир и взаимная любовь - без всяких там претензий!.. Они всерьёз сделали вид что не понимают элементарной истины: нельзя просто так, сделав финт ушами, безнаказанно выйти из проигранной войны (тем более гигантской, кровопролитной, предельно затратной и разрушительной). Так не бывает. Проигравший всегда платит - и деньгами, и территориями, и много ещё чем...

4 декабря советская делегация наконец изложила более-менее конкретные предложения: перемирие заключается на 6 месяцев; немецкие войска выводятся из Риги и с Моонзундских островов; запрещаются переброски немецких войск на Западный фронт.
Это была реальная наглость со стороны большевиков, но на тот момент немцы опешили от таких непривычных для их понимания, чисто еврейско-местечковых, шулёрско-напёрсточных штучек-дрючек. Поэтому первый этап закончился для коммунистов очень даже неплохо.
Было достигнуто соглашение, по которому перемирие заключалось на десять суток. Войска оставались на ранее занимаемых позициях; линия фронта никуда не сдвигалась. Прекращались переброски войсковых частей, кроме уже начатых.

После этого большевики прервали переговоры, для того чтобы вернуться в столицу (на тот момент Петроград) и получить инструкции о своей дальнейшей деятельности.
Тут невольно напрашивается вопрос: а хотели ли они реального мира?
Если делегация, приехавшая на мирные переговоры, изначально не имеет достаточных инструкций и полномочий - это говорит само за себя...

Ленин остался доволен достигнутыми предварительными результатами (согласно которым большевики вообще ничего не теряли, и даже что-то требовали от немцев). Он провёл с делегатами особый, радикально новый инструктаж. При этом большевики решили больше не заниматься детским маскарадом: из состава делегации были исключены вышеупомянутые матрос, солдат, рабочий и крестьянин. Вместо них в состав делегации вошли четыре генерала:

1) Владимир Евстафьевич Скалон (потомок знаменитого математика Леонарда Эйлера). В ходе переговоров, этот человек застрелился. По одной версии - его вывели из себя наглые требования немцев; по другой - он узнал об изменах своей жены; но я склонен думать что он не вынес позорного поведения "своих" делегатов, на которых и немцы смотрели с брезгливой иронией. К самоубийству Скалона немцы отнеслись с большим уважением, как к поступку достойного офицера, не готового торговать интересами родины в угоду правящим временщикам. Немецкое командование организовало ему почётные похороны...


2) Юрий (Георгий) Никифорович Данилов (имел в русской армии прозвище "Данилов-чёрный", дабы отличать его от сослуживцев: "Данилова-рыжего" и "Данилова-белого"). Позже он эмигрирует на Украину (на тот момент неподконтрольную большевикам), там перейдёт на службу к белым. Умрёт своей смертью в эмиграции, Париже...


3) Александр Иванович Андогский. Позже примкнёт к белому движению, затем эмигрирует в Японию, где будет преподавать основы военной стратегии будущему японскому императору Хирохито (тому самому, при котором Япония вступит во Вторую Мировую войну, добьётся ошеломительных успехов, но в конце концов подвергнется атомным ударам). Умрёт в Маньчжурии, в Харбине...


4) И Александр Александрович Самойло. Этот человек сделает хорошую карьеру при советской власти, станет кондовым коммунистом, будет награждён и обласкан, помрёт своей смертью в 1963 году (в возрасте 94 года). В конце жизни полностью оглохнет. Его старшая дочь, Нина Александровна, в 1926 году попадёт под поезд и останется без ног. В свою очередь уже её дочь (то есть внучка генерала), Ольга - погибнет...


Помимо этих генералов, в состав делегации были включены подполковник Иван Цеплит и капитан Владимир Липский.

15 декабря было заключено новое перемирие уже на 28 дней (начиная с 17 декабря), с автоматическим продлением и с условием уведомить противника о разрыве за семь дней. Советская делегация сняла условие о выводе немецких войск с Моонзундского архипелага, а немцы не стали требовать ухода русских из Турции.
Один из пунктов перемирия формально разрешал братания — встречи воинских чинов в дневные часы — в двух-трёх специально организуемых местах («пунктах сношения») на участке каждой дивизии: группы с каждой стороны не должны были превышать 25 человек, а участникам разрешалось обмениваться газетами, журналами и письмами, а также свободно торговать или обмениваться предметами первой необходимости.

Согласно девятому пункту, советская Россия и Германия с её союзниками, наконец могли приступать к ведению переговоров о заключении полноценного мира.
И началась подготовка к заключению всеобъемлющего мирного договора...

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Tags: Олег Боровских, геополитика, ликбез
Subscribe

  • Мои новыи фоты.

    В стене, как во льду, какие-то проруби... Кем же проделаны эти отверстия? Так кирпичи исклевали голуби За всё прошедшее горе-столетие...

  • А вы ТАКОЕ одобряете?!..

    Если сифилисом ты был от жены заражен - То вот так наказывают сифилитичных жен!!!

  • Репетиция в зоопарке

    Чтобы обезьяны в зоопарке не скучали от безделия и одновременно привлекали к себе многотысячные толпы туристов,дирекция московского зоопарка сначала…

promo bar_chk may 6, 2016 20:45 2169
Buy for 100 tokens
4 поста в сутки, приветствуется аккуратное и красочное оформление Нас читают в России, Аргентине, Украине, США, Норвегии, Белоруси, Израиле, Индии, Молдове, Германии, Канаде, Турции, Бразилии, Японии, Гонконге, ЮАР, Сингапуре,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments