Олег Боровских (ogbors) wrote in bar_chk,
Олег Боровских
ogbors
bar_chk

Categories:

Коновалы...



ВНИМАНИЕ!
Это происходит сегодня, сейчас. И это может коснуться каждого.


Ниже привожу ПОЛНОСТЬЮ, без каких-либо правок, публикацию Оксаны Дульской. Позаимствовано отсюда: https://ksenya50.livejournal.com/6565.html

***********

Сегодня я получила заказное письмо с результатами медико-социальной экспертизы, в котором мне сообщили, что пензенское «Бюро медико-социальной экспертизы №7... провёл заочную медико-социальную экспертизу и... принято решение: Инвалидность не установлена».

Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать. Выходит, что после четырёх сложнейших операций и полутора лет лечения меня признали абсолютно здоровой! «Экспертам» наплевать, что с момента последней операции прошло не более пяти месяцев, что у меня нет третьей части поджелудочной железы, и каждые полтора-два месяца я экстренно попадаю на лечение в хирургическое отделение. Хотя внизу документа они всё же сделали пометку, что решение бюро может быть обжаловано...

Я уже сейчас жалею, что после первой неудачной операции не подала в суд на врачей, из-за халатности которых я получила такой страшный диагноз: панкреонекроз.

Началось всё с того, что в конце 2019 года у меня появились боли в правом подреберье. Мне на тот момент было чуть больше 48 лет. До этого я много лет чувствовала себя прекрасно — даже простудными заболеваниями болела крайне редко. Вела здоровый образ жизни: много гуляла на свежем воздухе с собакой, не курила, не пила крепких спиртных напитков, вина могла позволить себе выпить только по большим праздникам или в выходной с друзьями. В питании были погрешности — люблю мучное и сладкое — но проблем с ЖКТ не испытывала.

На всякий случай сходила в платную клинику и сделала УЗИ брюшной полости. Врач-узист обнаружила у меня отключенный желчный пузырь, в котором находилось несколько маленьких камешков. Я сходила в поликлинику к гастроэнтерологу, которая убедила меня, что ничего страшного нет. С её слов у меня был небольшой застой желчи в пузыре. И порекомендовала пропить Урсосан для растворения камней и активизации выхода желчи.

Я, как законопослушная гражданка, начала принимать назначенное лекарство. А зря. Потому что через несколько дней загремела на скорой в больницу, с острым воспалением желчного пузыря. Там меня с крайней неохотой (так как я была понаехавшая из Пензы в Павловский Посад иногородняя) подлечили 11 дей и рекомендовали плановую операцию по удалению желчного пузыря через 1,5-2 месяца, желательно по месту жительства.



Операцию я решила сделать после нового года. Как раз должно было пройти чуть больше двух месяцев. Я планировала ехать к родным на малую родину, в отпуск. Но до положенного времени не дотянула.

Перед праздниками на работе был полный завал. Я трудилась почти каждый день по 12 часов в колл-центре Москвы, принимая по телефону заказы на ювелирные украшения. Люди дистанционно покупали много подарков близким, и приходилось выходить на подработки. К середине декабря я была вымотана по полной. К вечеру чувствовала себя так плохо, что начинались рвота и понос. Я терпела, списывая всё на усталость.

24 декабря 2019 года утром я собралась на работу и привычно потопала на электричку. Но на полпути вдруг почувствовала резкую опоясывающую боль. Вернулась и вызвала скорую. Боль становилась всё невыносимее. Я корчилась на полу у кровати и страшно кричала.

К приезду бригады скорой помощи я уже была в полубессознательном состоянии. Обезболивающие уколы не помогали. Плохо помню, что было в приёмном отделении. Я не могла спокойно сидеть на кушетке, сползала на спасительный холод плитки и плохо соображала, о чём меня спрашивает дежурный врач. Он очень злился, ругался на меня и нервно дёргал за рукав пальто.

Самостоятельно идти в палату я уже не могла, и меня повезли в кресле-каталке. Выгрузили у кровати. У меня начались рвотные позывы. Я сползла на пол, с трудом вытянула из-под койки утку. Меня рвало несколько часов. И никто не подходил. В перерывах кричала диким ором. Даже во время родов я не испытывала таких ужасных страданий. Две соседки недовольно обсуждали меня, лёжа на постели: «Вот разоралась, поспать теперь нам не даст!». Поначалу желчь была нормального, оранжевого цвета, потом пошла зелень, а когда началась чернота, я запаниковала и начала кричать, чтобы хоть кто-то вызвал врача. И потеряла сознание.

Очнулась я на каталке, меня везли по длинному коридору. И я опять отключилась. Далее воспоминания были отрывочными. Я периодически то приходила в себя, то снова выпадала из реальности.

Вот на моих глазах умирает совсем нестарый ещё мужчина. Он лежал через пару тележек от меня, накрытый белой простынёй. Сначала он оживлённо и судорожно пытался рассказать что-то смешное медсёстрам. Потом вдруг покраснел и начал задыхаться. Они кинулись к нему. Пытались реанимировать. Но он резко почернел и затих. Медсёстры заметили, что я всё вижу. Мне быстро вкололи что-то в плечо и перекрыли вид раздвижной ширмой.

Вот я начинаю задыхаться, пытаюсь приподняться и выдернуть из носа трубку. Санитарка кулаком больно бьёт меня в лоб, и я опять — неподвижная послушная девочка.



Вот я пытаюсь пошевелить онемевшими пальцами, но мои отёкшие запястья туго стянуты бинтами. И я понимаю, что накрепко привязана к кровати.

Вот я чувствую на своём лице противно-влажную силиконовую маску. Шипит кислород, маска смешно булькает, порывисто хлыщет мне по носу, а капли конденсата заливают мне ноздри. Я на ИВЛ. Маску пытаюсь скинуть и опять получаю по голове.

Потом приходят дети. Их лица и волосы почему-то фиолетовые, как у аватаров. Мне смешно. Врач при детях обзывает меня алкоголичкой. Сын пытается возражать. А стыдно за слова врача почему-то мне. Врач так и не смог вразумительно объяснить моим родным, что пошло не так во время операции. Но он обмолвился, что во время проведения лапароскопии при накачивании живота углекислым газом камешек из желчного выстрелил в поджелудочную железу. Перекачали?

А я ещё я видела в реанимационной палате ёлку, украшенную шариками. Но не подозревала, что пропустила новогоднее застолье.

Пришла медсестра, задавала мне несложные вопросы и почему-то удивлялась, что я в своём уме. Я не понимала её эмоций, потому что ещё не знала, что у меня была остановка сердца, кома, кислородное голодание мозга и три недели реанимации.

Окончательно я пришла в себя в палате. Ну как — окончательно. Сознание затуманено, интоксикация не отпускала. Нутром я понимала, что потихоньку умираю. Врачи сообщили детям, что сделали всё возможное. Уже не лечили, но почему-то и не выписывали.



Я лежала в памперсе и с катетером в мочевом пузыре. Умирать очень не хотелось. Хотелось просто встать и нормально сходить в туалет. Но меня не выпускали из палаты. И я начала хулиганить назло всему медперсоналу. Выдернула катетер, стащила памперс. Потом поняла, что этим ничего не добьюсь, и начала умолять сына увезти меня в Пензу. Сын боялся, что я умру в дороге. Я убеждала, что мой труп будет вывезти из Павлика сложнее. И потребовала священника.

С батюшкой мы долго разговаривали наедине. Потом он вышел и вернулся с выпиской. Доброго здоровья Вам, отец Владислав Решетников! Через батюшку Господь спасал меня, свою заблудшую овцу.

18499_2000.jpg

Потом сын с двоюродным братом и друзьями бойко освободили съёмную квартиру. Я послушно лежала на незастеленной кровати в обнимку с любимой игрушкой и молча ждала отъезда.



Сын разложил пассажирское кресло, уложил меня горизонтально — ноги на приборную панель — и 600 км бережно вёз меня до Пензы.

В Пензе из меня откачали 1,5 литра гноя. Поставили дренаж, с которым я проходила 1,5 месяца. Не помогло.







Я похудела на 30 кг. Начался абсцесс. И заведующий хирургическим отделением благословил молодого врача Шитова Данилу Игоревича провести мне сложнейшую операцию. Мне удалили отгнивающий хвост поджелудочной железы.





После выписки я с превеликим трудом оформила инвалидность. Мне было очень тяжело, и физически, и морально. Дали 3 группу. Рабочую. Работать я, конечно, не могла.

На послеоперационном шве образовался свищ, который донимал меня 9,5 месяцев.





Позже на месте удалённого фрагмента поджелудочной выросла огромная киста. И опять операция, четвёртая. Отрезали, наконец-то, злосчастный желчный пузырь, вырезали свищ, кисту поджелудочной вшили в кишечник.



Я борюсь, как могу. Часто силы покидают меня. Я депрессую, капризничаю, устраиваю истерики. Но. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

В местной поликлинике не оказывают никакой помощи. Приезжий хирург, Цилиев Магомед-Эми Романович, откровенно необразован и безразличен к людям. Моему сыну снова и снова приходится возить меня в областную больницу, за сто километров от дома.

В марте я вынуждена была выйти на работу. Пенсии катастрофически не хватает на жизнь. Ну как можно прожить на 10 тысяч рублей, если её большая часть уходит на лекарства и питание? Я устроилась ночной няней в коррекционную школу-интернат. При этом хирург поначалу категорически отказывался подписать мне медосмотр, понимая, что работать мне будет сложно! С работы уже один раз увозили на скорой. Опять лежала в Пензе.

И вот финал! В продлении инвалидности мне отказали... А что? Хвост у поджелудочной отрастёт! Да и, наверное, посчитали: раз работает — нечего сидеть на шее у государства.

Завтра поедем с сыном в Пензу. В бюро медико-социальной экспертизы. Буду воевать. Получится добиться справедливости, как считаете?

************

ПРОЧИТАЛИ?

Во второй половине дня я поинтересовался у Оксаны Дульской: как прошла поездка в Пензу?
И вот что она ответила...

Приехали они с сыном в Главное бюро медико-социальной экспертизы по Пензенской области. Здание огромное и абсолютно пустое - хоть в футбол по нему гоняй...











Поначалу с приезжими и говорить-то не хотели, откровенно удивляясь, в духе: что за туземцы тут прикатили к белым людям?..
Но потом всё же объяснили, как пройти в кабинет к тому врачу, который как раз и решил, что инвалидность Дульской совершенно не нужна.



Итак врач - Михаил Петрович Лесных. К которому на приём пришли люди и попросили объяснить, чем он руководствовался когда принимал своё решение - не смог дать никакого, мало-мальски внятного объяснения своим действиям. Складывалось впечатление, что человек просто не в состоянии связать двух слов и искренне недоумевает: почему его о чём-то спрашивают?
Ещё раз повторюсь: ВРАЧ НЕ СМОГ МАЛО-МАЛЬСКИ ВНЯТНО ОБЪЯСНИТЬ СМЫСЛ СВОЕГО РЕШЕНИЯ.
И, как это принято вообще в среде российских чиновников, когда становится ясно, что они запороли косяк и сказать им просто нечего - он растопырился как ёрш на сковородке и начал бубнить о том, что "вы можете обжаловать решение, написать заявление, заявление будет рассмотрено в течение месяца, а если вам что-то не нравится, то можете жаловаться кому угодно, хоть в прокуратуру"...

Итак, поездка окончилась ничем. То есть абсолютно ничем.
И теперь, остаётся только один выход: бить во все колокола и обращаться во все инстанции - без всяких колебаний и каких-либо стеснений.
Да - мы живём в России. Но и в России не следует опускать рук и отступать перед теми, кто пытается вытереть об вас ноги.
Люди подобные этому врачу по фамилии Лесных (если их можно назвать людьми), как раз на то и надеются, что никто в прокуратуру не пойдёт. С их стороны имеют место гнилые понты.
НАДО обращаться в прокуратуру, в суд, в Следственный комитет, в СМИ, в профильные медицинские надзорные инстанции - куда угодно.
И вовсе не только в Пензе. Если Пенза пошла в отрыв и российские законы им не писаны - не надо забывать о существовании Москвы.
И разумеется необходимо поинтересоваться: каким образом становятся врачами такие люди как Лесных? Есть ли там вообще медицинское (или какое-то иное) образование?..
Это всё я настоятельно порекомендовал Дульской.
Со своей стороны считаю необходимым максимально распространять данную информацию - не исключая и сайты правоохранительных органов.
Прошу поддержать Оксану Дульскую максимальным перепостом этой публикации.
ПОМНИТЕ - ЭТО МОЖЕТ КОСНУТЬСЯ КАЖДОГО!

Tags: Олег Боровских, общество
Subscribe

promo bar_chk май 6, 2016 20:45 2140
Buy for 100 tokens
4 поста в сутки, приветствуется аккуратное и красочное оформление Нас читают в России, Аргентине, Украине, США, Норвегии, Белоруси, Израиле, Индии, Молдове, Германии, Канаде, Турции, Бразилии, Японии, Гонконге, ЮАР, Сингапуре,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments