Focus on the beautiful things in life. (ukhudshanskiy) wrote in bar_chk,
Focus on the beautiful things in life.
ukhudshanskiy
bar_chk

Category:

СОКРУШЕНИЕ «КОРОНОВАННОЙ РЕВОЛЮЦИИ» (postscriptum-2)





РЕГИЦИД


Вектор меняется (начало)


Вскоре после перестройки известный литературовед и участник русского патриотического движения В.В. Кожинов предложил в своих работах концепцию о том, что единой – через века – России противостоял столь же цельный (по сути один и тот же) консолидированный Запад (и при Карле Великом, и в Невской битве, и на Куликовом поле, и в Смутное время, и при Наполеоне, и в Крымской войне и в первой мiровой, и в гражданской, и при Гитлере, и при нынешнем Евросоюзе).
Подтверждение этому мы вроде бы находим даже и у самого Наполеона, расценивавшего в конце жизни своё поражение в России не только как личную катастрофу, но как весьма прискорбное событие для Франции и Европы в целом.
«Я вынужден был, – заявлял он, – уступить судьбе. И как в результате этого не повезло Франции! И даже всей Европе! Мир, заключенный в Москве, завершил бы мои военные экспедиции. […] Была бы заложена европейская система, и моей единственной оставшейся задачей была бы ее организация. Завершив все эти великие дела и обезпечив повсюду мир, я бы создал мой собственный Конгресс и мой Священный союз. Таковы были мои планы. В этой ассамблее монархов мы бы обсуждали интересующие нас дела по-семейному и приводили наши счета с народом так же, как управляющий делает это со своим хозяином. […]
Затем император стал распространяться о том, что он предложил бы для процветания, влияния и благосостояния европейской конфедерации. Он хотел установить единые принципы, единую систему повсюду; европейский свод законов, европейский апелляционный суд с полными полномочиями исправлять неправильные решения […], единую валютную систему в Европе, но с различными национальными денежными знаками, единую систему весов, мер.
“Таким образом, – продолжал император, – Европа стала бы местопребыванием одного и того же народа, и каждый путешественник на этом континенте оказался бы всюду в одной общей стране”. Он бы потребовал, чтобы все реки стали для всех свободными для навигации, а моря – открытыми для всех, чтобы огромные регулярные армии в будущем были бы сокращены и вместо них остались бы только гвардии, охраняющие монархов. […] Париж стал бы столицей мiра, и французам завидовали бы все нации!» (Граф Лас-Каз. «Мемориал Святой Елены». Т. II. С. 170-171).
И еще более захватывающие пророчества: «Либеральные идеи, рожденные во Франции, процветают в Великобритании и просвещают Америку. Либеральные идеи будут править мiром. Они станут верой, религией, основой морали всех наций; и, несмотря на противодействия, эта памятная эра будет неразрывно связана с моим именем, ибо, в конце концов, нельзя отрицать, что я зажег факел и освятил эти принципы, и теперь гонения делают меня почти мессией этих принципов. […] Таким образом, даже тогда, когда меня больше не будет, я останусь путеводной звездой народов» (То же. Т. I. С. 476).



Наполеон диктует свои мемуары на острове Святой Елены.

Имея в виду эти слова, нельзя не признать, что современное устройство мiра – суть «долгие дела» Наполеона! Тут тебе и Европейский Союз, и Объединенный Совет Европы, и Суд по правам человека в Страсбурге, и Гаагский трибунал, и евро, и многое другое.
Также воспринимал происходящее и известный бельгийский правый деятель, командир добровольческой дивизии СС «Валлония» Леон Дегрелль.
«Гитлер, – писал он, – объединил Европу силой, это неоспоримо. […] Та же наполеоновская империя объединяла европейцев, не испрашивая на то их согласия. […] Жаль, что в XIX веке Наполеон потерпел неудачу. […] Точно также жаль, что в XX веке неудачу потерпел Гитлер».
Совпадают и некоторые другие детали.
В том и другом случае в поход против России выступила Объединенная Европа.
В состав наполеоновской Великой Армии, кроме французов, входили итальянцы, саксонцы, вестфальцы, голландцы, баварцы, вюртембержцы, неаполитанцы, испанцы, австрийцы, пруссаки, португальцы, поляки, жители Рейнских провинций.
В 1941 г., кроме немцев и австрийцев и их объявивших войну СССР союзников – итальянцев, венгров, румын, словаков, финнов, хорватов, – в составе армии Гитлера были бельгийцы, датчане, норвежцы, испанцы, голландцы, шведы, люксембуржцы, лихтенштейнцы, поляки, албанцы, боснийские мусульмане, сербы, болгары, швейцарцы, чехи, французы, англичане. Причем не в армии, а по большей части, в добровольческих дивизиях СС. Не забудем и о японцах на Дальнем Востоке, тибетцах- буддистах, индийцах-индуистах и арабах-мусульманах (почти все они также принадлежали к добровольческим формированиям СС).



Серия почтовых марок Легиона французских добровольцев против большевизма, выпущенная к 130-летию похода Великой Армии в Россию. 1942 г.

Многое из того, что произошло в 1941-1943 гг., было и в 1812 году.
Невиданные до того военные потери. На одном только Бородинском поле убитых хоронили еще весной и летом 1813 г.
Беженцы, заполнившие всю Россию. Грабеж культурных ценностей и чисто бытовой населения на захваченных территориях.
Организация насильственных реквизиций продовольствия у крестьян. Партизанская война. Репрессии против мирных жителей (расстрелы москвичей наполеоновской армией). Использование гражданского населения на оборонительных работах и угон их под стражей вслед за отступавшей французской армией.
Все перечисленные нами факты невозможно, разумеется, полностью отнести к особенностям ведения войны исключительно только против России.
Однако, даже при охватывавшей с течением времени весь мiр эскалации военных действий (озверении), делали французы в 1812-м то, чего себе немцы в 1941-1943 гг. в России в массовом порядке (эксцессы не в счет) всё же не позволяли: массовые преднамеренные надругательства над Православной верой: кощунства над святынями («соборы – в стойла»), святотатство (грабеж церквей и монастырей, могил), убийства священников и монахов.
Захват и сожжение Москвы (Сталинград все-таки не Первопрестольная да и был уничтожен в ходе боев, а не после того, как его захватили). Что сделали бы немцы с Москвой и Ленинградом – это все-таки догадки, навеянные публикациями, имевшими пропагандистский (и в этом смысле в то время совершенно оправданный) характер.
130 лет отделяли одно нашествие от другого. Иная по численности армия, иная техника, иной размах (пространство и время). Разной была массовость противостояния и его ожесточенность. Различными – потери.
Не было в 1812 г. и целенаправленного гонения на евреев. (Так неужели только в этом и заключается основная причина вновь и вновь реанимируемой – средствами пропаганды – вражды, которая в изменившихся условиях, когда между обычными немцами и русскими нет уже прежнего барьера, сама собой практически сошла на нет?..)
Но самое, пожалуй, главное: не было 1812-м (по сравнению с 1941-м) массовой измены входивших в состав Российской Империи народов.
В составе же вооруженных сил Третьего Рейха были, напомним, военные формирования православных грузин, русских, украинцев и белорусов, украинцев-униатов, католиков-литовцев, протестантов латышей и эстонцев, армян – из Армянской апостольской церкви, мусульман Северного Кавказа, Средней Азии и России в Туркестанском легионе, а также буддистов-калмыков.
Все эти соединения являются по существу одним из признаков гражданской войны. Разговорами о «предательстве» такого массового явления не объяснить. Почему подобного мы не наблюдали, к примеру, ни во время Отечественной войны 1812 года, ни в годы Великой войны 1914-1918 гг.?
Да и сам вопрос о предательстве – не праздный. Отрешившие Царя от власти февралисты, но главным образом всё же – большевики, убившие Его, тем самым закрыв возможность возвращения России на свой Исторический путь, – вот кто развязал перманентную, отнюдь не Революцию, как они думали, а междуусобную войну, горячая фаза которой время от времени переходит в латентную, не прекращая само противостояние во всё новых и новых поколениях.
Именно эти богоборческие революционные акты, освободив народы Российской Империи от каких-либо обязательств по отношению к Царской власти, предопределили все последующие центробежные тенденции. Ибо издревле известно: не ты держишь корень, а корень – тебя; не вокруг Москвы, Петербурга или Русского народа всё собиралось, а вокруг Царя, Императора Всероссийского. С исчезновением же этого Сакрального Начала вполне закономерно рассыпалось и само Единство.



Французские легионеры перед отправкой на Восточный фронт.
Это фото и некоторые другие взяты нами из публикации:
https://www.livejournal.com/go.bml?journal=humus&itemid=5722297&dir=prev
https://www.livejournal.com/go.bml?journal=humus&itemid=5731140&dir=next
https://www.livejournal.com/go.bml?journal=humus&itemid=5742484&dir=prev


Именно поэтому все эти приведенные нами ранее признания Наполеона и сподвижников Гитлера, а также некоторые вроде бы подтверждающие их слова факты не делают саму эту чисто внешне выглядящую убедительной теорию В.В. Кожинова совершенно безспорной, доказанной.
Попробуем присмотреться к ней повнимательнее. Устоит ли вся эта прельстительная конструкция перед лицом конкретных деталей и фактов.
Православную Царскую Российскую Империю Кожинов (сам человек неверующий) приравнивает по существу к атеистическому СССР во главе с теми, кто нес полную ответственность за убийство Императорской Семьи, уничтожение Царского Рода, дворянского, купеческого и священнического сословий, разграбление страны, превращение ее в государство-агрессора, алчность которой ограничивалась лишь технической отсталостью и неуверенностью коммунистических вождей в надежности Красной армии. (Как показал 1941 г., опасения эти были вполне обоснованы: сколько ни резали, «недорезанных» все-таки осталось достаточно.)
Для подкрепления своей мысли Кожинов использовал известную тютчевскую формулу о противостоянии России и Революции.
Правда, однако, заключается в том, что после 1917 г. именно Россия стала той самой Революцией, противоставшей вполне осознанно (это декларировал и ее новый агрессивный герб с земным шаром, и Коминтерн, и лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!») уже не одной лишь Европе, но и всему мiру.
В результате той же Европе в целом и каждой стране в отдельности (из элементарного чувства самосохранения) пришлось определяться и изменяться. Именно такой реакцией на события в России в октябре 1917-го и последующие изменения стала Европейская контрреволюция, флагманом которой (но при этом отнюдь не зачинателем и первопроходцем) стала Германия. И жестокость этой последовавшей реакции, у которой при этом были все же определенные границы и рамки, соответствовала безграничной свирепости Революции, развязанной в 1917-м.
Таким образом, тютчевская формула Россия и Революция приобретала теперь совершенно иной вектор: Европа и Революция.
Дальнейший ход истории вполне это подтвердил. В 1945 г. Красная армия на своих штыках распространила Революцию на пол-Европы, от которой та смогла освободиться лишь с крушением СССР – Красной атеистической империи.



Эмблема Легиона французских добровольцев на купоне его почтовых марок выпуска 1942 года.

Указывая на бросающееся в глаза участие в войне против СССР воинских подразделений добровольцев из европейских стран, сторонники кожиновской теории намеренно игнорируют главное отличие: в 1812 г. в Россию вторглась Великая Армия, состоявшая главным образом из людей революционного духа и безбожников. В соответствии с этим они и обращались с православными святынями.
При этом объективно не осмысливается такое важное явление, как существование во время второй мiровой войны подобных добровольческих частей из народов СССР, входивших до 1917 г. в состав Российской Империи, – по размаху, при Царской России, как мы уже отмечали, просто не представимое.
Таким образом, в 1941-м в СССР пришла не «Коронованная Революция» и не безбожная революционная Европа, как в 1812-м, а Европа контрреволюционная, пусть, что касается Христианства, и ослабленная (в соответствии с уже давно шедшими в мiре процессами отступления), однако и не заявлявшая всё же о себе, как о безбожной или богоборческой.
Вторглась же эта армия в государство воинствующего атеизма, с закрытыми церквями, разоренными монастырями, репрессированным монашеством и духовенством.
С приходом оккупантов – и это факт – открывались храмы, начиналась церковная жизнь, что заставило советскую власть временно ослабить свою мертвую хватку. Политика оккупантов по отношению к Православной Церкви была настолько неудобной для советских правителей, что они – ради самосохранения – вынуждены были пойти на серьезные (впрочем, временные) уступки.



Мало кто из этих легионеров, едущих на восток, уцелеет…

Вот почему мы должны отметить, что у автора этой остроумной, внешне (если не вглядываться в детали) весьма правдоподобной, концепции работает едва ли не один географический принцип: Европа против СССР – СССР, выдаваемого В.В. Кожиновым за Историческую Россию, которую тот Советский Союз собственно ведь и уничтожил.
Все остальные, наиболее важные, проясняющие глубинную суть всех этих явлений, признаки по существу при этом совершенно произвольно выведены за скобки: и вероисповедные, и идеологические, и политические, и ряд иных, которыми ведь только и можно поверять то или иное историческое явление.
Основанная на подлогах, умолчаниях и софизмах, эта предложенная В.В. Кожиновым концепция не зря ведь так пришлась по вкусу сторонникам национал-большевицкой точки зрения.
Другое дело, что, начиная в 1941-м войну против СССР, лидеры Германии не озаботились (и, думается, совсем не случайно) прояснением ее целей: тем, что будет с СССР после победы над ним. Делались на сей счет разные, не совсем ясные и ни к чему не обязывающие, противоречивые заявления.
Эта неопределенность (отсутствие официальной позиции) давала и дает почву для многочисленных спекуляций, причем с обеих сторон.
Однако самая большая проблема – в народном самосознании. За долгие годы дрессуры и социально-политической селекции жертва ощутила единение с тем, кто осуществил захват и удержание ее в заложниках (явление в психологии впоследствии описанное как Стокгольмский синдром). Именно этот феномен и дает до сих пор почву для недобросовестных манипуляций, подмен и заблуждений.
Важно поэтому увидеть и понять, что осталось (не само по себе, конечно, а вполне намеренно) вне поля нашего зрения. В особенности же то, что имеет непосредственное касательство к нашей теме.
Необходимый советским властям взгляд на события особенно активно стали закреплять в сознании населения с началом войны. Его отражает и вот этот известный плакат 1941 г. советских художников-карикатуристов Кукрыниксы:




Подтверждают ли, однако, такой взгляд реальные факты? Кто и чей тут наследник не столько даже по крови, сколько – по духу?
Взять хотя бы целенаправленное уничтожение памятников русского прошлого, начавшееся вместе с февральским переворотом 1917 г., однако окончательно потерявшее берега уже после захвата власти большевиками.
Вот наиболее яркие примеры, связанные с нашей темой.
Памятник генералу Ивану Семеновичу Дорохову, установленный в 1913 г. в Верее рядом с собором, где он был погребен, красные, отправляясь 16 августа 1918 г. на борьбу с белочехами, постановили на митинге разрушить. Одновременно они осквернили могилу героя-партизана, украли золотой нательный крестик и перстень, а затем выкинули останки генерала под откос.
Памятник, предварительно расстреляв, снесли. Впоследствии на нем установили гипсовую голову Карла Маркса. Во время немецкого обстрела 12 октября 1941 г. коммунистический идол разлетелся вдребезги. После освобождения города – в соответствии с новыми директивами – на этом месте установили небольшую пирамидку с красной звездой (!) и надписью: «В память Отечественной войны 1812 г. Генерал-лейтенанту И.С. Дорохову освободившему г. Верея от французов 11 октября 1812 г.»
12 марта 1923 г., по постановлению президиума Новочеркасского горсовета, был разрушен памятник атаману Матвею Ивановичу Платову, построенный по всероссийской подписке и торжественно открытый в 1853 г.
В то же время был срыт установленный в 1835 г. в Смоленске памятник дворянам Павлу Энгельгардту и Семену Шубину, отказавшимся, будучи захваченными французами, присягать Наполеону, и за то расстрелянным. Надпись на нем гласила: «За верность и любовь к Царю и Отечеству».
Уничтожили и поставленный в 1913 г. в селе Иньково Смоленской губернии знак в память славного боя казаков атамана Платова с французами неподалеку от деревни Молево Болото (к тому времени уже не существовавшей).
В начале 1920-х были осквернены, разграблены и закрыты все часовни на Бородинском поле, а в 1929 г. разогнали и построенный на Багратионовых флешах Спасо-Бородинский монастырь, основанный вдовой погибшего здесь генерала Александра Алексеевича Тучкова.
Всё это не были, как иногда пытаются утверждать, революционные эксцессы. За этим стояла продуманная идеология, подкрепляемая долгосрочной политикой. В одном из документов Севастопольского райисполкома 1927 г. цели эти сформулированы весьма четко и предельно откровенно: «обязать соответствующих лиц устранить из храмов и других молитвенных домов, составляющих народное достояние, все предметы, оскорбляющие революционное чувство трудящихся масс, как-то: мраморные или иные доски и надписи на стенах и богослужебных предметах, произведенные в целях увековечения в памяти каких бы то ни было лиц, принадлежащих членам низверженной народом династии и ее приспешников».
На рубеже 1920-1930-х годов коммунисты взяли уничтожение Русского прошлого под плотную опеку. Именно в это время процесс приобрел массовый, организованный и, видимо, планово-директивный, характер.
Символом этого поворота было уничтожение в Москве храма Христа Спасителя – главного памятника победы России над Наполеоном в Отечественной войне 1812 года.



Взрыв храма Христа Спасителя 5 декабря 1931 г.

Вслед за этим принялись и за Бородинское поле.
В 1932 г. был снесен главный монумент на батарее Раевского, заложенный 25 августа 1837 г., в 25-ю годовщину сражения, и открытый в 1839 г., когда у его подножия перезахоронили останки князя П.И. Багратиона, скончавшегося от ран, полученных в битве.
Не пощадили варвары и самой Багратионовой могилы. Перед уничтожением главного монумента ее раскопали и ограбили, а останки демонстративно выкинули. Еще в начале 1970-х, подрабатывая летом внештатным экскурсоводом в Бородинском музее, слышал я рассказы об этом на курсах, а потом и от местных жителей, бывших очевидцами этих событий.
Практически все памятники на поле в 1930-х были разграблены, обезображены, а некоторые (Нежинскому гусарскому полку) уничтожены.
Такая же участь (осквернение и разорение) постигла открытый в 1913 г. памятник в Смоленске «Благодарная Россия – героям 1812 года» и другой – Софийскому полку, установленный там же годом ранее.
Стерты были с лица земли монументы-часовни в Малоярославце («Предел нападения, начало бегства и гибели врагов») и под Красным («Поражение Нея»), а также памятник в Полоцке («Поражение Удино и Сен-Сира графом Витгенштейном»), установленные соответственно в 1844, 1847 и 1850 гг.
Разрушили также монумент в память сражения под Клястицами (1857) и в честь героя войны генерала Я.П. Кульнева в деревне Сивошино (1830).
В 1936 г. уничтожили Триумфальную арку, сооруженную в 1829-1834 гг. на площади Тверская Застава в Москве в честь победы в войне с Наполеоном.
Всё это всего лишь некоторые разрозненные факты – далеко не полный перечень сознательно уничтоженных советской властью памятников, причем не всех, а только связанных с одной лишь Отечественной войной 1812 года. А сколько было других – не перечесть!
Начавшаяся в 1941 г. война заставила советских руководителей круто изменить подход к работе с населением. Нужно было убедить народ в том, что, защищая установленный строй (а заодно и их самих), – он спасает свою Россию.
«Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков – Александра Невского, Димитрия Донского, Димитрия Пожарского, Кузьмы Минина, Александра Суворова, Михаила Кутузова!» – провозгласил с мавзолея 7 ноября 1941 г. Сталин.
Будучи уверенным, что никто не посмеет вспомнить о вскрытии и изъятии в 1922 г. мощей Святого Благоверного Великого Князя Александра Невского вместе с ракой или уничтожение в 1934 г. во Владимiрском соборе Севастополя захоронений адмиралов П.С. Нахимова, М.П. Лазарева, В.А. Корнилова и В.И. Истомина («останки великих флотоводцев сгребли вместе с хламом, большей частью уничтожив. Склеп был засыпан землей и мусором, а взлом к нему замурован»), Советское правительство – переобувшись в воздухе – один за другим учредило ордена тех самых Александра Невского и Нахимова, а также Суворова, Кутузова и Ушакова.
Тогда-то и были заложены основы программы государственно-патриотического лицемерия, успешно функционирующей с тех пор с чередующимися спадами и подъемами.
Что же касается патриотической мимикрии, то хорошо помню слова старого университетского преподавателя, сказанные то ли в 1970-м, то ли в 1971 году. Как-то после очередной пары, во время которой мы, молодые студенты-историки, задавали ему разные «неудобные» вопросы, я подошел к нему в коридоре и задал еще один, быть может, немного более открытый; на что он, зная меня уже довольно, да к тому же оказавшись один на один, ответил, наверное, чуть откровеннее: «Знаете, молодой человек, представьте себе генералиссимуса Суворова или князя Багратиона встретившихся с этими “героями” и “деятелями” (Мой вопрос был связан с некоторыми известными советскими партийными, государственными и военными фигурами), как вы думаете, как бы они с ними поступили? Ответьте себе на этот вопрос, оставшись наедине с собой, честно, – и, поверьте, все неясности тут же улетучатся».




Люди власти использовали войну и для заметания следов собственных преступлений и вандализма, пытаясь, по возможности, переложить их на оккупантов.
В ноябре 1942 г. Президиум Верховного Совета СССР организовал даже «Чрезвычайную государственную комиссию по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причинённого ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР», в которую включили представителя вскоре милостиво дозволенной Московской Патриархии митрополита Николая (Ярушевича). Именно он должен был подтвердить перед лицом всего цивилизованного мiра уничтожение немцами церквей и монастырей.
Разрушения были, но возникли они во время боевых действий (как правило, при использовании объектов в военных целях), а не целенаправленно, как это делали в течение более чем двух десятков лет красные богоборцы.
Используя эти обстоятельства, создатели Комиссии списали на немцев и многие собственные прегрешения:

https://sergey-v-fomin.livejournal.com/274777.html



Подобная тенденция обрела второе дыхание в наше время, благодаря недостаточной осведомленности и отсутствию свидетелей, уже давно оставивших этот мiр по естественным и не совсем естественным причинам. Да и много ли нашлось бы тех, кто отважился фиксировать деяния красных варваров, находясь под топором неизбежных репрессий?
Наследниками тех неистовых красных ревнителей, в 1920-1930-х с остервенением крушивших русское прошлое, призывавших «задрать подол Матушке-России», являются по существу (хотят они того или нет) нынешние хулиганствующие «патриоты», разбивающие доски и памятные знаки участникам Белого движения, установленные другой частью нашего общества.
Попробуй кто сотворить что-либо подобное в памятником Ленину или какому-то из «пламенных революционеров», его сразу обвинят в вандализме, чуть ли даже, например, не в покушении на «Русский мiр», объявят без лишних слов «бандеровцем» и, главное, тут же найдут и примерно накажут. Это пять раз подряд можно срезать кресты и короны на памятнике Императору Александру III в Иркутске, двенадцать раз спиливать Крест воинам Северо-Западной Армии генерала Юденича на Пулковских высотах – и все ответственные за охрану общественного правопорядка лица будут безпомощно разводить руками, глядя на вас честными глазами.
И вот на фоне именно такой реальности на все лады разглагольствуют о «примирении красных и белых» (заложили даже уже такой памятник в Севастополе), но не понимают, что движением, открытым лишь в одну сторону, избирательным применением существующего законодательства, сами и пускают намеченное под откос. Более того, сегодня мы гораздо дальше отстоим от вожделенного примирения, чем десять лет назад.
А ведь мы еще не говорим о чисто формальном уравнении сторон, что само по себе является не просто серьезной, а по правде говоря, вообще едва ли преодолимой проблемой: «Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным? Какая совместность храма Божия с идолами? […] И потому выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь, и не прикасайтесь к нечистому…» (2 Кор, 6, 14-17).
В следующем году исполнится сто лет со времени Крымского исхода… Формально гражданская война давно уже завершилась, но она до сих пор продолжает тлеть в сердцах многих людей, при благоприятных условиях в любой момент готовая вырваться наружу.
О том, как это было, а значит и как может быть, – следующий наш пост, завершающий всю публикацию.



Окончание следует.
https://sergey-v-fomin.livejournal.com/400556.html
Tags: геополитика, общество
Subscribe
promo bar_chk may 6, 2016 20:45 1974
Buy for 100 tokens
3 поста в сутки, приветствуется аккуратное и красочное оформление Нас читают в России, Аргентине, Украине, США, Норвегии, Белоруси, Израиле, Индии, Молдове, Германии, Канаде, Турции, Бразилии, Японии, Гонконге, ЮАР, Сингапуре, Эстонии,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments

Bestwarlohz

January 10 2020, 15:07:36 UTC 9 months ago

  • New comment
+!