sergpodzoro (sergpodzoro) wrote in bar_chk,
sergpodzoro
sergpodzoro
bar_chk

Владимир Высоцкий и Иосиф Бродский. Достойные евреи.

Поэты ходят пятками по лезвию ножа
И режут в кровь свои босые души
В.Высоцкий
Я говорил «закурим!» их лучшему певцу…
И.Бродский
Достойные евреи, два великих русских поэта минувшей эпохи.:
- петербургский эстет, малопонятный «широким слоям советского общества», судимый за тунеядство, изгнанный из СССР Иосиф Бродский, ставший Нобелевским лауреатом в области литературы, сопоставимый современниками с Цветаевой, Оденом и Мандельштамом, гениальный метафизик мировой поэзии
– и московский актер театра и кино, любимый всеми, от подзаборного пропойцы до академика, легендарный «шансонье всея Руси», опальный бард Владимир Высоцкий, ставший после смерти национальным героем, памятником у Петровских ворот, планетой Солнечной системы.


Что связывало их? Были ли пересечения судеб во времени и пространстве? Пустота заполняется домыслами и умственными упражнениями с оттенками мистики.
Встреча Бродского и Высоцкого на квартире Барышникова в Нью-Йорке, в 1976 г. Фото Леонида Лубяницкого
Описаны четыре «зарубежные» встречи . Первая состоялась в июле 1976 г. в Нью–Йорке на квартире Михаила Барышникова, сбежавшего несколькими годами ранее из СССР. Присутствовавший на ней фотограф Леонид Лубяницкий оставил на память об этой встрече не только известную фотографию (кстати, потом Иосиф будет дарить ее только самым близким друзьям), но и небольшие воспоминания: «Запомнилось, что Володя и Иосиф очень горячо, азартно спорили о каких то поэтических проблемах».

[ЧАЙ С САХАРОМ. Владимир Высоцкий и Иосиф Бродский. Автор: Леонид Санкин]
В Нью–Йорке 20 августа 1977 г. состоялась и вторая встреча, подробно описанная в книге Марины Влади «Владимир, или Прерванный полет»: «На следующий день у нас назначена встреча с Иосифом Бродским – одним из твоих любимых русских поэтов. Мы встречаемся в маленьком кафе в Гринвич–Виллидж. Сидя за чашкой чая, вы беседуете обо всём на свете. Ты читаешь Бродскому свои последние стихи, он очень серьезно слушает тебя. Потом мы идем гулять по улицам. Он любит эту часть Нью–Йорка, где живет уже много лет. Продолжая разговор, мы приходим в малюсенькую квартирку, битком забитую книгами, настоящую берлогу поэта. Он готовит для нас невероятный обед на восточный манер и читает написанные по–английски стихи. Перед тем как уходить, он пишет тебе посвящение на своей последней книге стихов. От волнения мы не можем вымолвить ни слова. Впервые в жизни настоящий большой поэт признал тебя за равного. У тебя в глазах счастливые слезы. Книгу эту ты будешь показывать каждому из гостей, она всегда будет стоять на почетном месте в твоей небольшой библиотеке. И я буду тихонько улыбаться, глядя, как ты часто перечитываешь посвящение, произведшее тебя в сан поэта».
Остановимся на одной любопытной детали. Бродский дарит Высоцкому свою книгу стихов, небольшую по содержанию и формату, кроме того, нумерованную, это сборник стихов из цикла «В Англии». Любопытен и текст автографа: «Лучшему поэту России, как внутри ее, так и извне». Это точное воспроизведение автографа сообщил сам автор большому знатоку поэзии Высоцкого Игорю Богуславскому при личной беседе. Тогда же Бродский передает еще два экземпляра, подписывая их своим московским приятелям Михаилу Козакову и, возможно, Василию Аксёнову, но книги доходят до адресатов спустя 17 лет, по странному стечению обстоятельств Высоцкий книги потерял, и в его архиве их спустя много лет нашла его мама, покойная ныне Нина Максимовна. Неизвестна и судьба книги Бродского, подаренной самому Высоцкому, возможно, что она попала в число иностранных изданий, которые отец поэта Семен Владимирович собственноручно отнес в КГБ. Правда, сын высоцкого Никита этот факт категорически отрицает.Так что не исключено, что после очередной «перестройки», когда будут рассекречиваться архивы непотопляемой ГБ, мы что–нибудь о ней узнаем.
Признание Бродским его таланта окрылило Высоцкого, вспоминает Михаил Шемякин: «Я никогда не забуду, когда он (Высоцкий. – Л. С. ) приехал ко мне из Америки и сказал: «Ты знаешь, Мишка, Иосиф подарил мне книгу и надписал «великому русскому поэту». Осип считает меня поэтом!», – так пишет Шемякин в своей книге «О Володе», изданной в 1986 г. в Нью–Йорке.
Третья встреча состоялась в ноябре 1977 г. в Париже. Вспоминает сам Бродский: «Помню, Володя Высоцкий прислал мне телеграмму из Парижа в Лондон. Я прилетел на спектакль («Гамлет»), но свалил с первого же действия. Это было невыносимо». Заметим, что постановки Любимова не воспринимались многими. После спектакля они сидели в русском ресторане. «Иосиф все просил Володю петь. И замечательно он слушал: то со слезой, то с иронией, но сам стихов не читал», – вспоминал Юрий Любимов.
О четвертой и, как я полагаю, последней встрече, состоявшейся тогда же в Париже, написано в книге переводчика и давнего знакомого Высоцкого Давида Карапетяна. Она состоялась на домашнем вечере, устроенном приятелем Марины Влади кинорежиссером Паскалем Обье. На этой встрече присутствовала жена Карапетяна француженка Мишель Канн. По ее словам, среди приглашенных были Бродский, Любимов и актриса Театра на Таганке Алла Демидова. Бродский был тогда мало известен во Франции, и Высоцкий представил его как крупнейшего из современных русских поэтов. И вот что любопытно, на этом вечере Бродский спел «Лили Марлен», впоследствии переведенную им на русский язык и очень любимую им. Паскаль Обье, будучи членом ФКП, понятное дело, возмутился тем, что русский эмигрант у него дома горланит нацистские песни. «Что за безграмотные люди: не знают, что эту песню пели не только нацисты, но и Марлен Дитрих, бывшая офицером американской армии. Ну и друзья у Марины – куда меня пригласили!» – возмущался потом Бродский.
В этой истории сомнение вызывает лишь одно обстоятельство, ставящее под сомнение все перипетии событий. Среди приглашенных не было и не могло быть Аллы Демидовой, ибо сама Алла в своей книге «Бегущая строка памяти» пишет, что впервые увидела и познакомилась с Бродским в 1990 г., когда он пригласил ее участвовать в вечере, посвященном 100–летию Анны Ахматовой в бостонском Театре Поэзии. Будем полагать, что Мишель просто запамятовала участников.
По всей видимости, отношение Бродского к Высоцкому не как к певцу и барду, а как к равному себе поэту подвигло вдову Высоцкого Марину Влади передать на хранение Бродскому значительную часть рукописей мужа, в основном набросков и черновых вариантов. Сейчас эти рукописи уже опубликованы в семитомном собрании сочинений, под редакцией Сергея Жильцова.
Бродский пытался переводить на английский язык стихи Высоцкого, но, к сожалению, никаких данных об этих переводах мы не имеем, как неизвестна и судьба вступительной статьи к французскому изданию Высоцкого, которую также писал Иосиф.
Такие разные евреи.
Большие русские поэты.
И об одном я лишь жалею,
Что время их ухолит в лету…

Сергей Подзор


Tags: Россия, акын, истинная любовь, корифеи, непознанное
Subscribe
promo bar_chk май 6, 2016 20:45 437
Buy for 300 tokens
3 поста в сутки, приветствуется аккуратное и красочное оформление …
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments